Юмор
Автор: fiskars | Дата: 19:01 17-06-2005

Звезданутые войны. Какашкина мстя.

тоже многа, есть апаснасть ниасилить.
начало тут

Окончание.
Сцена восьмая. Оби-ван вскачь преследует генерала Гривуса. Оби оборудован Лошадкой. Судя по ее облику, Лошадка - дитя порочной любви Годзиллы и воспаленного сознания художника по спецэффектам. Из-под хвоста Лошадки торчит крышка R2D2 - он выполняет там традиционные навигационные функции.
Оби (издает храбрый клич): Гривус, не уйдешь! Четыре ноги - это значительно шустрее, чем восемь!
Лошадка: Тыгыдым-тыгыдым-тыгыдым!

Они мчатся. Они почти настигают Гривуса, но от цели их отделяет яма. На дне ямы что-то копошится. Возможно, это Галактические Копошунчики, но, скорее всего, просто дроиды - отходы спецэффектого производства. На краю ямы Лошадка замирает как вкопанная.
Оби-ван: Я джедай, я перепрыгну!
Лошадка (меланхолично щиплет радиоактивную травку): Угу.
Оби-ван: Нет, я все-таки джедай, я перепрыгну!
Лошадка (с набитым ртом): Ты джедай, ты и прыгай.
Оби-ван: Ар-два, режим вибрации!

R2D2, радостно пиликает, включает режим вибрации и старается ввинтиться поглубже. Лошадка делает большие глаза и перемахивает ямку, сталкиваясь нос к носу с Гривусом.

Лошадка (разглядывая Гривуса): Смотрите, Ар-два, какого прелестного боевого генерала можно соорудить из обычной швейной машинки "Зингер" и колхозной сноповязалки.



Оби-ван спешивается. Гривус ощетинивается блестящими штучками, выпускает антеннки, жвальца и щупальца, хватает четырьмя верхними руками лайтсейберы, изгибает колени многочисленных ног, начинает кататься вокруг Оби-вана, быстро-быстро махать лайтсайберами, поднимая метеоритную пыль. Он донельзя хаотичен. Оби-ван некоторое время наблюдает за ним, потом не выдерживает.

Оби-ван: Гривус, перестаньте. Хватит вести себя, как бешеная газонокосилка. Давайте все обсудим, мы же с вами интеллигентные... э-э... враги. Давайте без этой механистичности. Тем более, у меня к вам есть вопрос.
Гривус (останавливаясь): Интересно. И какой же?
Оби-ван: Как вы это делаете?
Гривус: Что именно?
Оби-ван: Ну, все это. Вот в режиме перемещения вы сначала левую переднюю ногу ставите, а потом правую заднюю, или наоборот? А руки у вас движутся сначала по часовой стрелке, а потом против?
Гривус (чешет щупальцем хромированный затылок): Э-э-э...
Оби-ван: А верхние щупальца работают в синхроне с нижними или в противофазе?
Гривус: Вы знаете, если честно, я никогда об этом не задумывался. Дайте-ка, попробую вам показать. Так. Сначала ставим первую переднюю правую ногу. Вот так. Потом - заднюю правую. Потом заносим второе верхнее переднее щупальце. Так. А теперь? Ах да, теперь нужно аккуратно поставить вторую заднюю правую. Во-о-от та...

Гривус пытается поставить ногу, окончательно запутывается в себе, падает. Если бы у дроидов был комок нервов, он бы примерно так и выглядел.

Гривус (лежа): Нет, постойте-постойте. Значит, сначала надо было действовать иначе. Сначала - второе верхнее левое щупальце, главное, не выронить лайтсейбер, потом нижним задним придержать вторую ногу слева, потом включить сервомоторы туловища, потом... потом... потом...
Оби-ван: А операционка у вас многозадачная? Вот попробуйте мне сейчас сказать, сколько будет корень квадратный из трех тысяч семнадцати? А вот эта зелененькая кнопочка у вас зачем?

В голове Гривуса что-то щелкает, он отключается и затихает. Над ним поднимается легкий дымок. С ним покончено.

Лошадка (меланхолично): Читер ты, Оби.

Сцена девятая. Галактическая дума. На трибуну карабкается Палпатин. Звукорежиссер выкручивает ручку "Уровень Пафоса" до упора. На галерке два сенатора играют в космический бой.

1-й сенатор: Бэ-семь.
2-й сенатор: Убил. Смотри, а что это там такое на трибуну лезет?
1-й сенатор (близоруко щурится): Где?
2-й сенатор: Да вон, внизу. Что-то такое в капюшоне, анорексичное, бледное, как Кащей Бессмертный, какая-то блямба сморщенная вместо лица. Носа нет.
1-й сенатор: Хм. Майкл Джексон?
2-й сенатор: Ладно, плевать. Стреляй лучше. Твой ход.

Палпатин (с трибуны): Ну что, карапузики! Хе-хе. Мы тут посовещались и я решил: будем строить вертикаль власти. Во-первых, я решил сменить имя. Так что зовите меня теперь просто: Ваше Величество. Во-вторых, выборы по одномандатным округам отменяются. А то одна манда здесь явно засиделась. Не будем показывать пальцем, хотя это Юлия Тимо..., то есть, Амидала. А ну-ка встала и ушла отсюда. На пресс-конференцию к Злым Властелинам надо приходить падгатовленными! Хе-хе! В третьих, о джедаях. Не Галактику они получат, а от мертвого осла уши!

Палпатин нажимает на трибуне кнопку, над ним загорается огромная светящаясь надпись: APPLAUSE. Сенатское большинство, дроиды из партии Единая Галактика, апплодируют, кричат, устраивают овацию.

Амидала: Вот так и умирает демократия. Под гром аплодисментов.
Лукас (редактору): Что, опять кот?
Редактор: Угу.
Амидала: Так. Оранжевые флаги у нас есть. Речевки выучим. Но революции нужен лидер. Пойду, рожу кого-нибудь.

Сцена десятая. Геноцид джедаев. Саундтрек: тоненький голосок произносит детскую считалку: "Десять падаванов пошли купаться в море, десять падаванов резвились на просторе..."

Симпатичная негуманоидная джедайша принимает душ. Крупный план: мыльная пена эротично покрывает мохнатые сиськи. Общий план: Крававая Гэбня отдергивает душевую занавеску и наносит в спину джедайше восемь разящих ударов лазерным штопором. Саундтрек: прерывистый то ли писк, то ли птичий крик. Крупный план: зеленая кровь утекает в сливное отверстие.

Солнечный день. Лужок. Пасутся коровки. Двое милых негуманоидных джедаев, юноша и девушка, гуляют и резвятся. Юноша собирает цветочки, сплетает венок из ромашек и надевает его на рога девушке. Но чу! Слышен шум моторов. Что это? Над ними на вертолете зависает Крававая Гэбня и сбрасывает на них рояль из четвертой сцены. (Уж если у нас появился рояль, он ведь должен выстрелить, не так ли?) Крупный план: из-под рояля торчит маленькая приплюснутая ножка (с копытцем) в белой туфельке.

Спальня. Полумрак. На кровати распластан мужественный негуманоидный джедай. Крупный план: когтистая лапа джедая прикована наручником к изголовью кровати. Кровать ритмично поскрипывает, слышны стоны: джедай занимается со своей подружкой Животным Сексом при помощи пишущей машинки. По этому реквизиту мы можем судить, что подружка джедая - известная писательница. Крупный план: дамская рука достает из-под кровати лазерный нож для колки льда. Раздается крик. Крупный план: рука в наручнике сначала вздрагивает, потом затихает. Как мы уже догадались, никакая она не писательница, а самый что ни на есть настоящий агент Крававой Гэбни.

Стивен Спилберг в зале, превозмогая рыдания, пытается проглотить размоченный в слезах попкорн.

Сцена одиннадцатая. АдЪ. Воздух пропитан запахом жженых тряпок. Посреди АдЪа высится Анакин. Его лицо выражает. Шея испачкана кровью джедайских младенцев. Приземляется звездолет, из него выходит Оби-ван и выкатывается R2D2.

Оби-ван: Анакин, вернись в семью!
Анакин: Нет. Падаваны. Я их убил. И съел.
Оби-ван: Ну, раз так, нам нужно выяснить отношения. Выбирай оружие.
Анакин: Бой подушками. Или плевки в мишень.
Оби-ван: Может, решающая партия в крестики-нолики?
Анакин: Раскладывание пасьянса?
Оби-ван: Бег в мешках! Или лайтсейберами померяемся.
R2D2: пилили-пим-пили-пи ("Ребята, а может ну его? Давайте мириться. Светлая сторона, темная сторона - кому какая разница? Сила ночи, сила дня - одинакова хуйня.")
Анакин: О! Я придумал. Метание карликов на дальность - это то, что надо!

R2D2 возмущенно пиликает, в его корпусе открывается дверца, сквозь нее из образа выходит Кенни Бейкер.

Кенни Бейкер: Пили-пили-ли-ли! Пип! Пип! Пип! ("Нет, вы только послушайте, это переходит всякие границы. Мало того, что за какие-то пригрешения я получил этот эцих с гвоздями на тридцать лет. Мало того, что я за это время почти разучился разговаривать по-человечески. Так теперь они решили просто меня кинуть! Это возмутительно!")

Лицо Кенни Бейкера наливается кровью, он разбегается, пытается допрыгнуть до лица Анакина, чтобы влепить пощечину. Анакин рефлекторно, одним елеуловимым взмахом лайтсейбера рубит лилипута в капусту. В фарш. В мясо.

Лукас: Ну вот. Они убили Кенни. И что нам теперь делать? (монажеру) Отмотай-ка назад. Пусть уж все будет по-старинке, на мечах. Без этих новомодных фиглей-миглей. Это будет самая эпичная дуэль в истории кино. И самая длинная.

Оби-ван и Анакин начинают эпичную дуэль: бэнг-бэнг.
1-й фанат в зале: Что-то мне подсказывает, что здесь никого не убьют.
2-й фанат в зале: Кончай спойлерить!

Оби-ван размахивается как следует, отсекает Анакину обе ноги. Анакин падает ниц, стукается головой о край пылающей расселины.

Оби-ван (салютует лайтсейбером, с гордостью): О! А теперь оставшиеся в живых могут уносить ноги. Кроме тех, которые я отрубил - они мои! (разворачивается, пытается уйти)
Анакин (на последнем издыхании): Добей меня, браток!

Оби-ван делает мечом взы-взы, отсекает что-то от Анакина.

Анакин (на последнем издыхании): Спасибо, браток!

Оби-ван берет под мышку R2D2, марширует прочь с высоко поднятой головой.

Из-за камушка появляется Шкажочное Шушчештво довольно жалкого вида: ростом с сидящую собаку, тощее тельце обтянуто серой кожей, ручки-веточки, ножки-палочки, в огромных влажных глазах читается вся скорбь Народа Книги. Нет, это не Палпатин. Шушчештво наклоняется над Анакином, треплет его за дымящийся лацкан.

Шушчештво (шепелявя): Э-эй, Марес-с-сьев, очнис-с-сь!
Анакин (на последнем издыхании): Чаво тебе? Дай помереть спокойно.
Шушчештво: Я давеча где-то здесь колечко обронил. Не попадалос-с-с-сь?
Анакин (на последнем издыхании): Уйди. Я знаю, ты - предсмертный глюк.
Шушчештво: Ну ладно. Будем ис-с-с-скать. Цып-цып-цып, моя прелес-с-с-сть... (облизывается, пытается оторвать у Анакина кусочек обугленного ушка, Анакин из последних сил шипит на него; шушчештво сбегает)

Из-за кадра выходит Палпатин. Его сопровождает свита - Крававая Гэбня.
Крававая Гэбня (поет, пытаясь поэффектнее представить появление императора): Пум-пум-пум-пам-парам-пам-парам.
Палпатин: Ах, Дартик, ах, мой мальчик! Что с тобой сделал этот мерзкий Оби! Ты похож на сапоги всмятку. Я вижу, тебе пришлось жарковато. Ну ничего, у меня для тебя есть подарочек.
Анакин (на последнем издыхании): Какой?
Палпатин: Скакалка! (Хихикает) Ладно, шучу, шучу. Это маска сварщика. (Крававой Гэбне) Ребята, выносите его!

Сцена двенадцатая. Госпиталь. Амидала рожает, вокруг нее снует летающий дроид-повитуха. Оби-ван и Йода болеют.

Оби-ван и Йода (скандируют): Шай-бу! Шай-бу!

Амидала поднатуживается, из нее вылетает младенец. Дроид-повитуха во вратарском рывке ловит ребенка.
Амидала (на последнем издыхании): Лю-ю-ю-к!
Оби-ван: О! Люк! Все, знакомьтесь - это Люк! Люк, знакомься, это - все!
Амидала (на последнем издыхании): Лю-ю-юк! Лю-ю-юк! Люк вот ю дан ту ми, Энэкин! (ее никто не слушает)
Дроид-повитуха (кричит Амидале в вагину): Следующий!

Амидала поднатуживается, раздается легкий чпокающий звук. Это Лея.

Йода: Кажется мне, детей стоит разделить нам.

Оби-ван достает лайтсейбер замахивается над младенцем-Люком.

Йода: Постой, Оби-ван. Не смысле в этом разделить.
Оби-ван: Ах, да. Простите, сенсей. Тогда девочку следует отправить на Татуин.
Йода: Тату-инн? Звучит как название отеля лесбиянок для. Лучше мальчика отправим мы туда.

Дроид-повитуха: Ну вот, кажется и все. Мы ее теряем.
Оби-ван: Может, дефибриляция?
Дроид-повитуха: Нет. Она не хочет жить.
Лукас (вопросительно смотрит на редактора): Э-э-э?
Редактор (разводит руками, пожимает плечами): Ну вот так.
Амидала: Постойте-постойте! Мы так не договаривались. Я хочу.
Дроид-повитуха: В сценарии написано, что ты не хочешь (душит Амидалу подушкой).

Сцена двенадцатая-с-половиной. Музыкальная интерлюдия. Амидалу накрывает видением. Ей лет тринадцать-четырнадцать, она на родной планете. Солнечный день, она выходит на лужайку перед домом, нежно сжимая в руках кадку с фикусом. Роет ямку, вынимает фикус из кадки, сажает его в землю. На ее глазах выступают слезы. Звучит музыка Стинга.

Сцена тринадцатая. Логово Императора. Посреди логова воздвигнут костюм Дарта Вейдера. Генератор Зловещего Пыха у него на груди издает мрачные звуки. Где-то внутри костюма прячется Анакин. К костюму приставлена лесенка. Палпатин взбирается по лесенке, стучит три раза Дарту Вейдеру в маску. Удары отзываются гулким эхом.

Палпатин: Тук-тук-тук! Есть там кто?
Дарт Вейдер: Пых. Пых. Пых.
Палпатин: Вставайте, лорд! Нас ждут великие дела! Галактику завоевывать будем? Наводить страх и ужас будем? Детишечек пугать будем?
Дарт Вейдер: Пых. Дяденька. Пых. Вот вы мне всякие вопросы задаете... Пых. А я ведь на самом деле не настоящий сварщик. Пых.

Сцена тринадцатая-с-половиной. Музыкальная интерлюдия. Дарт Вейдер поет веселую песенку голосом Тиля Линдерманна.

В голове моей железки,
Да! Да! Да!
Ножки держатся на лесках,
Не! Бе! Да!
А зато пытелки, свистелки, шипелки,
А также зловещие шумелки
Сочиняю я неплохо иногда.
Да!

Стивен Спилберг в зале утирает слезы, с бороды у него что-то течет, его плечи вздрагивают.

Сцена четырнадцатая. Раннее утро. Татуинская пустыня. Рядом с пластиковой хижиной стоят, держась за руки, дядюшка Оуэн и тетушка Беру. Звучит характерная тема композитора Гии Канчели. Приземляется пепелац, из него выходит Оби-ван. Он держит на руках младенца. Дядюшка и тетушка приседают.

Дядюшка и тетушка: Ку-у-у-у!
Оби-ван: Я где-то на этой планете не так давно ребеночка забирал. Вот, возвращаю. Почти такой же, только новенький (отдает ребенка дядюшке, возвращается в пепелац; пепелац улетает).

Занимается заря. Дядюшка и тетушка долго-долго смотрят на зеленый экран; встающее над пустыней солнце проливает на него первые утренние лучи. Оуэн и Беру снова берутся за руки. За их спинами маячит Чумазик.

Конец
Голосуйте за пост, если понравился
Посмотреть ТОП постов
1353
comments powered by Disqus

Загрузка...
Мы в Twitter
кнопки
Горячее :
|
Прислать новость | Вход | Регистрация
WebPark: